Л. Кравчук: «Я думал, это будет другая страна»

В интервью "Городскому Дозору" Леонид Макарович говорил о романтике, президенте, сегодняшней ситуации в стране, мечтах, политической культуре и даже о харьковском мэре.


Как Вы оцениваете сегодняшнюю ситуацию в Украине? То ли это, о чем Вы мечтали, на что надеялись в августе 1991 года, став первым президентом независимого государства?

-- Конечно, мечты - это романтика. Я смотрю, политики склонны к романтике. Особенно, когда слушаешь нашего президента, так одна сплошная романтика. Он считает, что он может говорить, а все должно решаться само собой. Нет таких политиков, которые не склонны к романтике. Кроме жестоких диктаторов. Если человек имеет душу, сердце и человечность, он всегда имеет какие-то романтические взгляды.
Да, я думал, что это будет совсем другая страна. Я думал, что мы сможем быстро объединиться и решить те вопросы, которые перед нами стоят. Но прошло 15 лет, а мы не то, что не объединились, мы даже начали разъединяться. Теперь мы имеем, по сути, две Украины. Два разных взгляда на политику (внешнюю и внутреннюю), два взгляда на церковь, несколько взглядов на межнациональную политику. Мы не пришли к консенсусу, национальному единству. Наши политики разъединили украинский народ. Я не могу сказать, что на посту президента мне удалось все решить, но такого как сейчас не было. Сегодня Донецк и Львов- это две разные страны. Вот в чем главная проблема. Политики оторвались от желаний и чаяний народа. Одни слушают одну часть народа, другие - другую. А политики должны так действовать и говорить, чтобы не было частей народа, а был один народ, одна нация, пусть и с разными взглядами. Но слушать только одну часть народа и игнорировать другую – это уже не политика, а попытки свое желание, свою точку зрения перенести на весь народ. Почему, скажем, в Донецке должны думать так, как во Львове? Думает весь народ. Да, есть национальные, языковые, конституционные особенности. Их надо учитывать. Нельзя, например, силой решать языковые вопросы или навязывать церковь (тем более, что испокон веков в Конституции церковь отделена от государства). Нельзя силой решать что-либо, потому что это тогда уже - не демократия. Это значит, должны подчиниться воле одного человека. Зачем тогда нам нужна была независимость? У нас был один человек (с усами или без усов – не имеет значения). Он все решал, а все говорили, какой гениальный! Если мы хотим снова это возродить, что ж, можно и на это идти. Однако нужно спросить народ.

Две резонансные темы, которые постоянно обговаривают в парламенте: придание русскому языку статуса второго национального и вхождение Украины в НАТО. Что, на Ваш взгляд, выгодно Украине?

-- Украине выгодно то, что выгодно украинскому народу. Все должно решаться по Конституции. В ней написано, что государственный язык – украинский. Для того, чтобы придать нормативные принципы другим национальным языкам, требуется принять в Верховном Совете специальный закон «О языках» и определить статус и положение русского и других языков. Если придет время, и народ поставит вопрос о необходимости еще второго государственного языка (а такое время может прийти), тогда нужно менять Конституцию. Нельзя говорить о двух, трех языках, не меняя Конституции. Язык – это конституционный вопрос. Вопрос об изменении Конституции рассматривает только Верховный Совет. Если в ВС наберется 300 голосов за то, чтобы поменять Конституцию и записать, что в Украине государственными языками являются украинский и русский, тогда конституцию можно изменить. Но сейчас этот вопрос ставят только в политических целях и говорят об этом на выборах для того, чтобы будоражить народ. Я – за демократическое решение вопроса, но повторяю, законное. Язык – это вопрос общегосударственный, и его нельзя решить где-то в регионе. Да, можно вынести вопросы на референдум. Я не возражаю. Кстати, СДПУ(о) инициировала поднятие вопроса о НАТО на референдум. Собрали 4,5 миллиона голосов (хотя надо было только 3 миллиона), чтобы вопрос о НАТО вынесли на референдум, подали эти документы в Центральную избирательную комиссию. Но они превратили дело в тягучку, ищут искусственные причины задержки. Центризбирком хочет зарубить этот вопрос специально, наверное, по чьей-то директиве. Но все равно мы, социал-демократы, действовали в рамках Конституции и закона.

Вы много лет - верный социал-демократ. А вот среди депутатов в последнее время развилась тенденция переходить из фракции во фракцию, резко менять свои взгляды. Как Вы относитесь к этому явлению?

-- Это явление можно забыть, потому что согласно новому закону «О выборах на пропорциональной основе» и изменений в Конституции, депутаты не могут переходить из фракции во фракцию. Если депутат напишет заявление о переходе в другую фракцию, он перестает быть депутатом, то есть партия имеет законное право его из депутатов исключить, и на его место придет по списку следующий. Подобных переходов уже не будет. Но, тем не менее, будет другое. Депутат остается формально во фракции (как сейчас уже есть), а голосует вместе с правящей силой. Так, несколько человек из БЮТ, Нашей Украины сейчас не могут написать заявление, что они уходят из партии (так как они сразу автоматически уходят из депутатов), но уже продекларировали свое участие в другой политической силе и голосуют. Это будет, к сожалению, что говорит о несовершенстве нашей политической системы и очень низкой политической культуре людей, которые идут в депутаты. Они готовы мигрировать куда угодно, чтобы получить должность или еще какие-то преференции. Но мы имеем тех людей, которые есть, мы не можем выписать людей из другой страны. Когда меня спрашивают: «Как это: он был там, а теперь сменил ориентацию и пошел поддерживать антикризисную коалицию?». Я говорю: «Надо изучать людей. Вы же видели, что человек для этого перешел из трех фракций. Зачем вы его взяли? Вам хотелось его взять? Взяли, теперь получайте». Надо изучать конкретных людей. Не система выборов в данном случае виновата, а низкая культура человека. То есть, у него нет той чести, которая заставляет человека думать о своем поступке. И он делает то, что делает (извините за грубое сравнение) животное, которое не понимает своих действий и следует инстинкту.

(Кстати, однажды во время своего приезда в Харьков Леонид Кравчук, говоря о выходе Михаила Добкина из рядов СДПУ(о), сказал, что Михаил Маркович вряд ли станет находкой для Партии Регионов, намекая на то, что изменив одной политической силе, человек может изменить и другой.- Ред.)


Как Вы сегодня оцениваете деятельность Михаила Марковича Добкина, Вашего бывшего соратника по партии СДПУ(о), на посту харьковского городского головы?

-- Я, честно говоря, не знаю ситуации в Харькове. Знаю только то, что передают СМИ: там люди протестуют, они с чем-то не согласны, что там есть борьба политических сил. Оценивать его деятельность положительно или отрицательно было бы несерьезно и несолидно. Как человек, которого я знаю по фракции, могу сказать, что он – человек политически грамотный. Знает свое дело, это я могу сказать точно. Но что касается его качеств как мэра, имеет ли он там поддержку и правильно ли решает вопросы, это, конечно, должны сказать харьковчане.

Инесса Терре